Виртуальные выставки Архив выставок

Михаил Меерович. Рисунок Юрия Норштейна Бумага, карандаш, б.д.


Михаил Меерович. Рисунок Юрия Норштейна
Бумага, карандаш, б.д.  
К 75-летию Юрия Норштейна
Всероссийское музейное объединение музыкальной культуры имени М. И. Глинки представляет карандашный рисунок, сделанный выдающимся режиссёром-мультипликатором Юрием Норштейном. Это шаржированный портрет друга и соавтора Норштейна – композитора Михаила Мееровича. В 2011 году семья Михаила Александровича передала Музейному объединению в дар этот рисунок вместе со всем личным архивом композитора.  
Со спины изображен невысокий толстый человек – жаль, что не видно красивого лица этого замечательного мастера, остроумного эрудита и оригинала.
Творческая биография Михаила Александровича Мееровича (1920 – 1993) начиналась весьма удачно. В 13 лет он начал писать музыку. В 1944 окончил Московскую консерваторию по классу композиции Генриха Литинского, который считал своего ученика фантастически одарённым. Сергей Прокофьев также отметил Мееровича, назвав его одним из самых талантливых молодых композиторов. После окончания консерватории Меерович был зачислен в штат вуза преподавателем.  
Всё изменилось в 1952 году, когда композитор, подобно многим другим в те годы подвергся обвинениям в космополитизме и формализме в музыке. Он был уволен из консерватории, исполнение его произведений было запрещено и Мееровичу пришлось буквально бороться за существование. Выручали заказы на музыку в кино: первыми киноопытами стали музыка к мультфильму «Карандаш и Клякса – весёлые охотники» (1954) и к полнометражному фильму «На графских развалинах» (1958).  
Вынужденный заработок обернулся истинным призванием – за тридцать пять лет Меерович написал музыку к пятидесяти семи мультипликационным фильмам, в том числе к знаменитым «Ёжику в тумане» и к «Сказке сказок». Эти два шедевра Юрия Норштейна вошли под № 1 и № 2 в составленный в Японии рейтинг лучших анимационных фильмов всех времён и народов.  
«Это было необыкновенное счастье с ним работать, – вспоминал Юрий Норштейн.– Снимая “Ёжика в тумане”, я приходил к композитору и объяснял, какие в каждом конкретном эпизоде будут контрастные моменты. Например, там были целые куски, которые снимались чётко по музыке. Меерович мне говорил: “Вы сумасшедший – вам это так не сыграют”. Я ему отвечал: “Михаил Александрович, значит, будут играть отдельными маленькими кусочками, а мы потом их склеим”. “Ну, вы сумасшедший”, – вновь повторял он…»
В жизни Мееровича была тяжёлая полоса, когда он оказался в психиатрической больнице, печально известной «Кащенко» (не столько по нездоровью, сколько за свои авангардистские сочинения). Юрий Норштейн, снимавший в это время мультфильм «Цапля и журавль», сумел вытащить Мееровича из больницы, когда тот думал, что никому уже не нужен. Вальс из музыки к фильму, написанной композитором, называли «лучшим вальсом XX века» (Л. Петрушевская).
Последней совместной работой Норштейна и Мееровича был фильм «Шинель», оставшийся неоконченным.
Кроме музыки к фильмам, Меерович сочинял и так называемую «большую» музыку – в последние 15 лет жизни он испытывал творческий подъём. Он написал оперу «Жизнь и приключения Котофеева, или Концерт для треугольника с оркестром», поставленную в Чехословакии; балет «Превращение», с успехом шедший в Японии; концерты для фортепиано, скрипки, флейты, арфы, виолончели с оркестром; сюрреалистическое сочинение «Четырёхмерный сон, подсказанный пауком за шесть секунд до полёта клопа» и многие другие.  
Ряд своих инструментальных сочинений автор успел услышать ‒ они исполнялись на фестивалях «Московская осень», в авторских концертах. Сейчас музыка Мееровича малоизвестна или вовсе неизвестна – вся, кроме музыки к замечательным мультфильмам.