Фотопортрет оперной певицы Надежды Ивановны Забелы-Врубель

Фотопортрет оперной певицы Надежды Ивановны Забелы-Врубель хранится в Музее музыкальной культуры им. Глинки, в личном архиве Дмитрия Гавриловича Корнилова – пианиста, концертмейстера, композитора и педагога. Надежда Ивановна запечатлена в сказочном сценическом костюме Царевны-Лебедь на фоне декораций. Мы видим сценический облик певицы в той самой роли, какой изобразил ее Михаил Врубель на своем знаменитом полотне.

Забела-Врубель ф.489 д.310.jpg

Рядом с дарственной надписью Корнилову поставлена дата - 22 февраля 1901 года.

1901 год был счастливым для Забелы-Врубель. Это было время расцвета  ее исполнительского мастерства  на сцене  Московской частной  оперы Саввы Мамонтова. Именно здесь наиболее ярко раскрылся ее талант, началось плодотворное творческое содружество с великим  Н.И. Римским-Корсаковым.  Именно на сцене русской частной оперы были поставлены такие шедевры композитора, как: «Псковитянка», «Майская ночь», «Снегурочка», «Садко», «Царская невеста», «Сказка о царе Салтане», «Кащей Бессмертный". Во всех этих операх Забела-Врубель блистательно исполняла ведущие партии, неизменно покоряя слушателей искренностью, одухотворенностью и мастерством. Здесь же, по окончании в 1900 году  Московской консерватории, начал работать хормейстером и Дмитрий Гаврилович Корнилов.

Забелу-Врубель называли «корсаковской певицей» не случайно. В расчете на артистические возможности певицы Римским-Корсаковым были написаны партии  Веры («Боярыня Вера Шелога»), Царевны  («Кащей Бессмертный») и Марфы в «Царской невесте». «Лучше Вас никто моих сопрановых партий не пел и не споёт», — писал композитор.
Специально для Забелы написал Римский-Корсаков и партию Царевны-Лебеди в «Сказке о царе Салтане», премьера которой состоялась 21 декабря 1900 года на той же сцене русской частной оперы Мамонтова.  Московская публика была в восторге.  Декорации и костюмы были выполнены самим Михаилом Врубелем, мужем певицы. Рецензенты писали, что сценический облик Забелы-Врубель был точно таким же, как на картине Врубеля: «Ее Царевна-Лебедь, также запечатленная Врубелем на полотне – это видение, созданное народной фантазией. Одухотворите эти кристально чистые звуки светлым чувством и весенней девичьей нежностью – и вы, быть может, услышите и увидите ту Царевну-Лебедь, какой была Н.И. Забела и какой впоследствии эта Царевна не была уже ни у одной из исполнительниц».

И в самой судьбе певицы было что-то от героинь Римского‑Корсакова.

В сентябре 1901 года в у Надежды Ивановны родился долгожданный сын Саввочка. А в ноябре она уже вновь на сцене.
Удивительно, но уже зимой следующего 1902 года Забела-Врубель писала Римскому-Корсакову: "Вообще неимоверно тяжело жить на свете, и я часто думаю, что у меня скоро не хватит энергии петь и бороться за существование". Что же произошло?

В начале 1902 года становится очевидным  душевный недуг Михаила Александровича Врубеля, а после приема у доктора В.Бехтерева - и необходимость помещения его в психиатрическую лечебницу. Умирает отец и тяжело заболевает мать Надежды Ивановны. А в следующем году она теряет и  своего единственного горячо любимого ребенка. С банкротством Саввы Мамонтова и последовавшим закрытием частной оперы певица оказывается без средств к существованию.

Последние годы Забела-Врубель занималась главным образом концертно-камерной деятельностью. "Я чувствую себя страшно несчастной  и ... право, я не знаю, как жить, за что уцепиться", - пишет она Н. А. Римскому-Корсакову.

В 1910 г. не стало Михаила Врубеля, в последние годы почти не покидавшего клинику. Надежда Ивановна пережила мужа всего на три года и ушла из жизни 45 лет. Свой последний концерт она давала в Петербурге, 20 июня 1913 года.

После ее безвременной кончины любившая ее сестра художника писала: «Я потеряла в ней человека с редко высоким строем души. С ней ушел навсегда целый мир поэзии, выливавшейся в звуках ее голоса…»

Харлова Е.Л. 

научный сотрудник 

отдела документов и личных архивов 

ВМОМК им. М.И. Глинки